kapetan_zorbas: (Default)
(эта серия путевых заметок не имеет никакого отношения ни к Казандзакису, ни к эллинистике в целом; автор здесь признаётся в любви к тому месту, которое мечтал посетить практически всю свою жизнь и потому не удержался от пространных зарисовок своей осуществившейся мечты)

День 14: Малахайд, Хаут

Несмотря на то, что большая часть этих записок посвящена югу и западу Ирландии, на восточном побережье страны, в том числе в непосредственной близости от Дублина, тоже есть на что посмотреть. В частности, всего в 14 километрах к северу от ирландской столицы находится небольшой городок, известный своим величественным замком, чья история насчитывает свыше 800 лет.  

История поместья и замка Малахайд неразрывно связана с фамилией Талбот. В 1185-м году рыцарю Ричарду Талботу, сопровождавшему короля Генриха II в рамках нормандского вторжения в Ирландию, было даровано это поместье, к этому же времени относится и самая старая часть замка. Поразительная вещь, в собственности этого семейства замок оставался аж до 1975-го года – вот уж действительно фамильное гнездо, избежавшее всякого рода экспроприаций. В 1975-м году сестра умершего последнего барона Талбота продала замок ирландскому правительству – связано это с огромными налогами на столь значительную недвижимость, платить которые современные наследники таких богатств просто не в состоянии. Наверное, в определённом смысле это тоже можно считать своего рода экспроприацией. Впрочем, за вознаграждение.    

Это так называемый «дубовый зал», чьи интерьеры относятся к самым древним в замке. Наиболее интересен он деревянными панно с резными рисунками, относящимися к седому Средневековью.

Большой зал c фамильной портретной галереей. В такие моменты вспоминается отечественная экранизация «Собаки Баскервилей», которая хоть и не снималась на натуре, но атмосферу древнего фамильного поместья передать смогла идеально.

Этот зал свидетель множества славных и трагических моментов. Один из таких случился 11 июля 1690-го года: утром этого дня четырнадцать членов семейства Талбот сели здесь завтракать, а уже к вечеру все четырнадцать погибли в битве на расположенной неподалёку отсюда реке Бойн, решившей судьбу ирландской независимости отнюдь не в пользу ирландцев. Read more... )
Если же все эти чинно-благородные и масштабные сооружения уже успели несколько поднадоесть, то пресыщенный путешественник всегда может сбежать в соседний Хаут, приморский городок, чья жизнь на протяжении веков неразрывно связана с рыболовством…

…и погулять по его обширной марине.

Хаут и поныне является одним из центров рыболовецкой индустрии, потому здесь имеет смысл пообедать или поужинать в одном из многочисленных ресторанов, где самые разнообразные дары моря стоят значительно дешевле, чем в том же Дублине.

На дешёвую рыбу падки не только люди. Уже легендой успела стать история про одного предприимчивого тюленя, что на протяжении нескольких лет вылезает тут из моря и тащится до ближайшего ресторана, где его обязательно кто-нибудь угостит рыбой. Этого обжору нам встретить не довелось, как и долгое время вообще ни одного тюленя. Решив, что это просто байки для любителей дикой природы, мы, тем не менее, после тщетных поисков хотя бы одного завалящего тюленя поинтересовались у местных рыбаков, где же искать этих зверей.
- Да эти мерзавцы тут повсюду! – яростно прорычал один из рыбаков. – Только и знают, что рвать сети и жрать!
Немного успокоившись, он пояснил, что тюлени здесь уже привыкли к рыболовным судам и потому, чтобы избавить себя от лишних хлопот, просто следуют за ними в порт; при выгрузке за борт часть рыбы обязательно вывалится, а если этой рыбы недостаточно, то можно и сети прогрызть. В общем, пришлось ждать какого-нибудь возвращающегося с уловом судна. И точно, подойдя к одному из таких, где полным ходом шла выгрузка улова, мы с ходу обнаружили целую стаю тюленей.
Read more... )
С религией связаны не только архитектурные шедевры Килкенни, но и самый мрачный эпизод его истории. 3 ноября 1324 года в этом городе состоялось одно из первых (а, возможно, и первое) в Европе сожжение ведьмы, что дало затем старт печальному развитию этого опыта. В Килкенни была публично сожжена Петронилла де Мит, служанка леди Элис Кайтлер, состоятельной дамы и четырежды вдовы. Старшие дети ее покойных мужей не смогли смириться с благосостоянием мачехи и подали на нее жалобу епископу. В итоге Элис предъявили несколько обвинений: от отречения от Господа до связи с демонами, якобы с их помощью Элис избавилась от своих троих мужей и планировала проделать то же самое с четвертым, на момент первого обвинения ещё живым, но вскоре составившего компания остальным трём. Самой Элис, используя все свое влияние и связи, удалось сбежать в Англию (состоятельные люди уже тогда предпочитали сбегать от неприятностей в Англию), и, как это обычно бывает, следствие отыгралось на простолюдинах; Петронилла под пытками, естественно, «призналась» во всём. Процесс стал настолько громким и ознаменовал собой настолько важные последствия, что Умберто Эко в своём романе «Имя розы», настоящей энциклопедии Средневековья, приписал участие в этом процессе главному герою книги, Вильгельму Баскервильскому.

Ныне же мрачным в Килкенни может считаться только погода; что же касается всего остального, то атмосфера в городе самая живая и праздничная – столько фестивалей, пожалуй, не проводится нигде больше по стране: это и знаменитый фестиваль искусств, отличающийся музыкальными концертами в самых разнообразных жанрах, от классики до джаза и фолка. Проводятся тут и выставки ремёсел, фестивали хоровых песнопений, гастрономические фестивали и литературные чтения – словом, городок живёт невероятно насыщенной жизнью.

Отдельно стоит упомянуть о фестивале комедии под названием Kilkenny Cat Laughs. Помимо великолепных образцов средневековой архитектуры, историческую славу Килкенни составляют коты. По преданию, в средние века в разделенном на две части городе было два племени кошек – одно в ирландской половине, другое – в английской, и они постоянно дрались за право считаться самыми сильными с таким ожесточением, что в конце концов от них оставались одни лишь хвосты – что было проверено солдатами Кромвеля, которые забавлялись, связывая местных котов хвостами и заставляя их драться. И, естественно, кошки из ирландской части города вечно брали верх – во всяком случае, так приятнее думать ирландцам. С тех пор в английском языке выражение Kilkenny cats означает смертельных врагов – т.е. тут мы видим перенос людской неприязни по национальному признаку в кошачьи угодья. А выражение fight like Kilkenny cats – соответственно «драться не на жизнь, а на смерть». Улыбки же этих котов, что упомянуты в названии фестиваля, подчёркивая его комедийную направленность, явно намекают на знаменитых английских котов из Чешира, увековеченных Л.Кэрролом, что создаёт очередной из столь любимых в Ирландии каламбуров, подчас довольно сложных и многослойных.Read more... )
***
Обратная дорога в Дублин в рамках однодневного тура в Килкенни пролегает через горы Уиклоу на юго-востоке Ирландии, что в 1991-м году получили статус национального парка страны, где местные – чаще всего дублинцы – проводят выходные дни за рыбалкой, сплавом по рекам и озёрам или просто пешими прогулками. Пожалуй, лучшего места, чтобы проститься с природой Ирландии, и не придумаешь.

Знаменитые вересковые пустоши – своеобразная визитная карточка ирландских ландшафтов. В период цветения вереска все эти долины приобретают какой-то психоделический оттенок, что отчётливо видно, например, в чрезвычайно любимой в Ирландии кинокартине P.S. I love you, снятой на натуре.  

В горах Уиклоу, а точнее, в местечке под названием Глендалоу (т.е. «долина двух озёр») природные красоты элегантно сочетаются с рукотворными – я имею в виду монастырь, основанный ещё в VI веке святым Кевином.

Read more... )
Дремучие леса и чистейшие озёра, постройки полуторатысячелетней давности и живописные водопады, места как для пикников, так и для уединения… Этот национальный парк просто обязывает к длительному погружению. Конечно, однодневная экскурсия, охватывающая Килкенни и Уиклоу, по-своему удобна, ведь вечером ты уже оказываешься в Дублине со всей его цивилизацией, однако безумно жаль было покидать эти места, на которые в рамках такой экскурсии отводится всего два с половиной часа – при масштабах территории это просто ничто. Вид на горы Уиклоу с т.н. Верхнего озера (на фото внизу) – один из самых завораживающих, что я встечал в своей жизни, но времени, чтобы им насладиться, у меня было ровно 5 минут – после этого бегом нужно было преодолеть несколько километров по парку обратно, дабы не опоздать на последний автобус. Хотя, быть может, недосказанность это не самое плохое ощущение при расставании, оставляющее запал и надежду на будущие встречи.
kapetan_zorbas: (Default)
(эта серия путевых заметок не имеет никакого отношения ни к Казандзакису, ни к эллинистике в целом; автор здесь признаётся в любви к тому месту, которое мечтал посетить практически всю свою жизнь и потому не удержался от пространных зарисовок своей осуществившейся мечты)

День 12: Коннемара, Кайлмор

К двенадцатому дню, исколесив к этому моменту более половины страны, я было задался вопросом: неужели осталось ещё что-то, что может перекрыть впечатления от уже увиденного, от того же Мохера? Оказалось, может. 

Этот умопомрачительный вид относится к аббатству Кайлмор, расположенному в Коннемаре, чуть севернее Клифдена, о котором речь шла в предыдущем посте. В отличие от большинства других ирландских достопримечательностей, история этих построек не столь обширна. Во времена кромвелевского нашествия бытовала поговорка «в ад или в Коннемару» - т.е. человеку, попавшему под английские репрессии, предлагался выбор между смертью и ссылкой в чрезвычайно непривлекательный тогда край. Всё изменилось в XIX веке.

История аббатства Кайлмор связана с Митчеллом Генри, врачом, промышленным магнатом, политиком и отчасти учёным. Особняк, ныне отданный монахиням бенедектинского ордена, он построил для своей жены, которая, оказавшись впервые в Коннемаре, немедленно влюбилась в этот меланхолически-живописный край.

Read more... )
Впрочем, ботанических садов по миру в избытке, а вот атмосфера Коннемары поистине уникальна, именно ею в первую очередь и хочется наслаждаться в аббатстве Кайлмор. А стоящий на берегу печального озера замок лишь добавляет ощущения каких-то сказочных мифических декораций.


День 13: Литературный Дублин

Несмотря на неофициальный статус IT-столицы Европы (в связи с обилием головных офисов крупных корпораций, что перебрались сюда благодаря более привлекательным экономическим условиям), большая часть Дублина остаётся георгианской и, соответственно, просто пропитанной атмосферой старины. 

(типичный образец георгианской архитектуры с разноцветными дверьми, что являются одним из символов города)

Культурное наследие Дублина самими ирландцами тщательно лелеется: город предлагает туристам всевозможные варианты погружения в своё славное прошлое - от так называемых «викинг-туров», когда весело катаешься по улицам с рогатым шлемом на голове, а под конец прогулки, которая заканчивается на воде, такая машина превращается в элегантную лодку…

…до самых разнообразных паб-кроулов, т.е. группового похода по пабам, объединённого некоей общей темой, чаще всего музыкальной. Лично мне, поскольку за две недели пребывания в Ирландии местный фолк уже успел приесться, наиболее интересным показалась идея совместить распитие вкуснейшего ирландского пива с литературой. В итоге мы с женой записались на литературный паб-кроул и не прогадали – это оказалось познавательно и забавно.

Read more... )

Вечерело… Пора было уже прикоснуться к ирландскому искусству в каком-то более ироничном ключе, что весьма свойственно местным – ирландская литература последнего столетия часто невероятно эксцентрична. Путь к месту встречи пролегал по набережной, мимо одной из визитных карточек города, мосту Хаф-пенни, названному так по тарифу, какой некогда взимался за проход по нему.

Литературные «аттракционы» в Дублине не исчерпываются паб-кроулами. Есть маршрут, посвящённый циклу рассказов Джойса «Дублинцы», когда актёры, а то и сама публика, наряжаются под старину.

Всего за 10 евро можно попасть на выступление одного актёра, менее чем за полтора часа бегло и в лицах рассказывающего «Улисса».

Мы же с женой решили выбрать паб-кроул, охватывающий не только творчество Джойса. Суть его такова: зрители собираются в одном из пабов и потягивают «Гиннесс», а два профессиональных актёра травят байки про самых известных ирландских писателей, время от времени декламируя фрагменты их произведений. На каждый паб отпускается где-то полчаса, после чего компания перемещается в следующий – тоже так или иначе связанный с национальной литературой. Наш паб-кроул начался вот так:

Между столиками вдруг выросли двое и давай браниться. Вскоре выяснилось, что они и рады бы отсюда уйти, да не могут, ведь они ждут Годо. Read more... )

Далее пришла пора отдать дань уважения учившемуся здесь Оскару Уайльду. Поскольку сама атмосфера паб-кроула настраивала на несерьёзный лад, рассказ о Уайльде вёлся актёрами жеманными голосами, недвусмысленно подчёркивающими сексуальные предпочтения великого ирландца. Тут особенно удалась сценка, повествующая о турне писателя-эстета по американской глубинке с лекциями о европейском искусстве чуть ли не перед простыми ковбоями, которые по ходу лекции о Микеланджело интересуются, а где этот парень сейчас, и, получив ответ, что он вообще-то умер, нахмурившись, вопрошают: «И кто его завалил?»
 

В качестве обратной связи с аудиторией актёры предлагали викторину, каждый вопрос которой был связан с каким-либо малоизвестным фактом из жизни соответствующего писателя, и один из таких вопросов – в каком виде спорта Оскар Уайльд в молодости подавал очень большие надежды - выявил поразительное: то был не аристократический крикет или теннис, а бокс! Что не слишком-то вяжется с образом изнеженного гомосексуалиста.

(памятник Оскару Уайльду в Дублине; как и памятник Джойсу, этот превосходно показывает сущность писателя: в данном случае ироничного гедониста)

Read more... )
На третьем пабе и втором литре пива самое время было вспомнить про Брэндана Биэна, писателя, знакомого с Беккетом и Камю, журналиста, симпатизировавшего ИРА и отсидевшего за покушения на двух полицейских, и просто алкоголика, начавшего выпивать ещё в раннем детстве, за компанию со своей бабушкой. По свидетельству его биографа, как-то раз один прохожий на улице спросил бабушку Биэна, дескать, что это, миссис, ваш милый мальчик такой перекошенный? На что бабуля флегматично заметила: «Он не перекошенный, он пьяный».

Столь яркая жизнь завершилась в 41 год от цирроза печени. Незадолго до смерти на вопрос интервьюера сформулировать своё кредо Брэндан Биэн чистосердечно рубанул: «Я – пьяница с писательским зудом».

Финальной точкой этого замечательного похода стал паб Дэви Бирна (Davy Byrne’s Pub), в котором Джеймс Джойс был завсегдатаем и который по слухам вывел в качестве места действия 8-й главы «Улисса», посвящённой еде. Паб всячески это подчёркивает: на самом видном месте висит портрет художника не совсем в юности…

Под стать и остальное оформление: на стенах картины импрессионистов…

Над головой цветастые витражи…

Ни дать ни взять – ресторан дома литераторов.

Это была одна из самых интересных попоек в моей жизни, и мне очень жаль, что ни до чего подобного в России не додумались. Быть может в Питере какие-нибудь энтузиасты и промышляют чем-либо похожим, но в Москве ничего такого не припомню. А как было бы интересно: походы по кабакам, связанным с какими-нибудь писательскими или политическими байками! Правда, для аутентичности вместо пива пришлось бы наливать наш чуть более крепкий национальный напиток, и до финальной точки тогда некоторые могли бы и не дойти… Ниже представлен ролик от самих актёров, кратко рекламирующий их программу.

kapetan_zorbas: (Default)
эта серия путевых заметок не имеет никакого отношения ни к Казандзакису, ни к эллинистике в целом; автор здесь признаётся в любви к тому месту, которое мечтал посетить практически всю свою жизнь и потому не удержался от пространных зарисовок своей осуществившейся мечты)

День 9: Голуэй

Начать этот пост я хотел фразой про бесподобную красоту западного побережья Ирландии, но потом вспомнил, что приблизительно такими же словами можно охарактеризовать и южное, и восточное, и северное. Пожалуй, Ирландия как никакая другая страна способна удивлять непрестанно – в Килларни мне казалось, что я нашёл свой ирландский рай и дальше впечатления будут уже не такими сильными. Но ты продолжаешь путешествовать по стране, перед тобой открываются новые красоты, монастыри, дольмены… Ты вроде бы спокоен, поскольку эти зрелища уже не являются для тебя чем-то совсем необычным, как вдруг какой-то штришок - например, очередной дольмен, монастырь или замок, но в совершенно другом, уникальном сочетании с местными ландшафтами – снова заставляет замирать твоё сердце в благоговении; Ирландии удавалось глубоко будоражить мои чувства на протяжении каждого дня моего пребывания там, поэтому превосходные эпитеты, которыми я здесь удостаиваю западное побережье, ничуть не умаляют магию любого другого места Изумрудного острова.
Read more... )
После казни короля Англии Карла I 3-го января 1649 года армия Кромвеля отправилась в Ирландию, чтобы утвердить здесь свою власть. Возглавляемые одним из самых преданных сподвижников и доверенных лиц Кромвеля, полковником Питером Стабберсом, войска осадили Голуэй, и после капитуляции города в апреле 1653 года Стабберс стал здесь военным губернатором, и когда мэр Голуэя (как мы помним, из клана Линчей) попытался возразить против бесчинств, творимых англичанами в отношении жителей Голуэя, то тут же был смещён со своей должности. Более того, Стабберс ещё и под шумок присвоил себе дом мэра, этот замечательный особняк Линчей, который впоследствии превратился в паб King’s Head. 

Но какое всё это имеет отношение к голове короля? Самое прямое!

За несколько лет до осады Голуэя, когда Ричард Брэндон, палач города Лондон, отказался производить казнь короля, эмиссары Кромвеля были отправлены в Ирландию, Шотландию и Уэльс в поисках добровольца. Так вот, впоследствии соседом Стабберса в Голуэе оказался некий Ричард Ганнинг, главный кандидат на роль палача, казнившего Карла I и получившего в награду заднюю пристройку к замку Линчей – эдакую «цену королевской крови».  По слухам, Ганнинг часто хвастался в местных тавернах, что «его рука помнит крепость мышц шеи английского короля», но скорее всего тем человеком в маске, умело владеющим топором, на самом деле был… Стабберс. Сегодня ирландские историки прямо связывают Стабберса с казнью Карла I. После реставрации монархии в 1660-м году Карл II особым указом помиловал тех, кто восстал против его отца, тем не менее, он отдельно оговорил, что к Стабберсу это помилование не относится, и это, а также последующее исчезновение (!!!) Стабберса чрезвычайно красноречиво. Совсем недавно историками были найдены подтверждения этой версии, в частности, письмо, написанное Карлом II, в котором король называет Стабберса палачом, содействовавшим «гнусному убийству нашего царственного отца». В свете всего этого лично я склонен полагать, что Стабберс нашёл свою смерть в море от руки графа де Ла Фер… Да-да, тысяча чертей, Дюма не на пустом месте возводил сюжеты своих романов!

(интерьеры паба King’s Head, чья история помнит как местных мэров, так и легендарных палачей)

Read more... )

Хватает на Инишире и старинных построек: готический замок, церкви… Мне никогда не понять, почему такие вот пейзажи никогда не интересовали самых известных европейских живописцев или американских кинорежиссёров.

Всему хорошему всегда приходит конец, и мы попрощались с нашим возничим. Он укатил обратно к причалу за новой порцией пассажиров…

…а мы отправились на местный пляж.

Со стороны это может показаться рекламой «Баунти»: чистейшие воды, песчаный берег, ярко-зелёные водоросли… Но на деле это очень суровый баунти, лично меня хватило только на то, чтобы омочить ноги: ощущение было такое, будто опустил их в колодец. Неудивительно, что даже рыбаки тут далеко не все умеют плавать и совсем не жаждут этому научиться: в самом деле, в случае чего долго в этих водах не протянешь даже летом.
Read more... )
Честно говоря, когда речь заходит об описании Мохера, у меня опускаются руки – я в самом деле не знаю, способно ли слово, фото или видео адекватно передать магию этого природного феномена. Опять-таки, тут всё в непрестанном движении, статика отсутствует в принципе: шумит море, свистит ветер, сам воздух будто ходит ходуном (из-за висящей в нём водной взвеси). Когда стоишь на самом краю обрыва, то ощущение такое, будто ты поднялся на само небо – настолько высокими кажутся эти утёсы, обращённые к бескрайнему океану, а усиливают этот эффект птицы, что летают под тобой, гнездясь в расселинах внизу. Поразительная природная мощь длиной 8 километров и максимальной высотой чуть более 200 метров.  

По статистике эти утёсы – самое посещаемое в Ирландии место. Состоят они преимущественно из тёмного песчаника, поэтому упомянутая мной динамика касается и самой структуры Мохера: она непостоянная, а небольшие обвалы тут – обычное дело, потому повсюду стоят указатели уровней, за которые небезопасно заходить. Впрочем, некоторым именно это и нужно: ко всему прочему это ещё и излюбленное место самоубийц. Для этой публики здесь повсюду указаны телефоны психологической помощи.

На самой высокой точке утёсов ещё в 1835-м году была построена смотровая каменная башня, с её вершины панорама окрестностей охватывается максимально возможным образом.

Тем, кто решит отправиться к этому чуду, я настоятельно рекомендую поселиться на пару дней как можно ближе к утёсам, да хоть в той же деревушке Дулин. Те совокупные два часа, что я провёл, наслаждаясь Мохером с воды и с суши, - ничтожно малый срок. В тот момент мне вспомнился цикл картин Клоде Моне «Руанский собор», в котором художник запечатлел различные виды одного и того же собора в зависимости от времени дня, года и освещения. Вечно подвижный Мохер требует такого же подхода.

Ну, и касательно упоминаний в массовой культуре. В Ирландии все рекламные объявления связывают эти утёсы с одной из серий «Гарри Поттера», причём акцент в таких объявлениях делается именно на «Гарри Поттере» (и какие-то утёсы), хоть по мне так должно быть наоборот: грозный Мохер и очередной «Гарри Поттер». 

С утёсов Мохер сделана и вот эта минималистическая фотография знаменитого Антона Корбайна, ставшая обложкой альбома U2 с красноречивым названием No Line on the Horizon.


Read more... )

kapetan_zorbas: (Default)
Read more... )
Главная достопримечательность этих мест вовсе не сам городок Килларни – очень уютный, но кроме ресторанов и пабов не предлагающий посетителям практически ничего. Зато сразу же за городской чертой начинается одноимённый и главный в Ирландии национальный парк площадью свыше 100 кв.км. На территории этого парка располагается цепочка озёр, горные хребты, дремучие леса, старинные памятники архитектуры, величественный водопад, тут водятся олени, барсуки, зайцы, уйма водоплавающих птиц… Вот такая идиллия начинается практически сразу же за официальным входом:  

Катишь себе на велосипеде мимо мирно пасущихся овец и коров, время от времени тебя обгоняет прогулочная конная коляска. Решаешь свернуть вглубь леса, просто так, наугад, и вдруг натыкаешься на руины старинного аббатства.

Это аббатство Макросс, некогда мужской францисканский монастырь, основанный в 1448 году. Место это неоднократно подвергалось опустошению, самое жестокое из которых было обусловлено нашествием войск Кромвеля.

Аббатство, тем не менее, неплохо сохранилось. Любой желающий может забраться на вершину его башни или побродить по стенам - никаких отдельных ограждений или заборов в парке нет, а обширная его территория располагает к тому, что даже в разгар туристического сезона тут всегда можно найти уединение. Самое же поразительное посетителя аббатства ждёт во внутреннем дворе.

Ты словно попал в древний миф, где всаженный местным божеством в дерево меч дожидается прихода достойнейшего воина. Ствол этого волшебного дерева будто закручен спиралью, изогнутые ветви тянутся ввысь, в небеса; цветовая гамма – серые, с поседевшим мхом стены и багровая земля – усиливают ощущение таинственности. И если бы сюда, в поисках Святого Грааля, явились рыцари, да сам король Артур или волшебник Мерлин, ты, кажется, не слишком удивился бы. Сложней поверить, что такие места могут ещё где-то реально существовать.Read more... )

Ещё один популярнейший прогулочный маршрут в Килларни это перевал Данлоу, проходящий промеж гор Макгилликаддис-Рикс и Пёрпл-Маунтин. Длина самого перевала составляет 11 километров – с учётом путешествия от самого Килларни до лодочной станции озера Аппер-лейк получается около 20 километров.

Перевал этот извилист и очень узок для автомобилей, потому популярные средства передвижения тут – велосипеды и конные повозки, которыми правят потомственные кучеры из числа местных жителей. Те, кто собираются преодолевать этот перевал на велосипеде или на своих двоих, должны держать в уме, что подъёмы порой предстоят весьма и весьма крутые.

Но физические усилия в избытке вознаграждаются.

Маршрут пролегает мимо 5 небольших и очаровательных горных озёр.

Отличительная черта всех природных достопримечательностей ирландской глубинки это поразительная безлюдность – но вовсе не из-за того, что тут никого нет. Напротив, наплыв туристов в Килларни весьма высок, в чём убеждаешься вечером на переполненных городских улочках, но по пригородам и бескрайним заповедникам он как бы «размазывается»  таким образом, что уединения хватает на всех. При том, что и перевал, и национальный парк, да и вообще весь этот полуостров – место отдыха чуть ли не для всей страны.

Read more... )

По полуострову Айверах (он же полуостров Керри) проходит  один из самых известных туристических маршрутов в Ирландии - кольцо Керри, привлекающее туристов уже не одно столетие своей естественной красотой. Длина этого маршрута составляет 180 километров, и преодолевать его предлагается как на автомобиле, так и на велосипеде.

Read more... )
Крупнейший из двух Скеллигских островов – Скеллиг-Майкл, т.е. «скала архангела Михаила»,  расположенный в 15 километрах отсюда. На этом крутом острове-утёсе в конце VI в. н. э. был построен монастырь, благодаря своей труднодоступности прекрасно сохранившийся до наших дней. То была самая западная точка, куда мог в поисках Бога добраться тогдашний человек. Монастырь объявлен в 1996 г. памятником Всемирного наследия ЮНЕСКО, но ныне по всей Ирландии он связывается с последней частью «Звёздных войн» - именно тут поселился постаревший Люк Скайуокер. Финальная сцена «Пробуждения Силы» снята, кажется, вообще без всяких спецэффектов – именно так этот остров и выглядит, именно в таких цветах и именно с такими каменными кельями в виде пчелиных ульев.

Излишне упоминать о том, что вся сувенирная продукция на острове Валентия и рядом выполнена в стилистике «Звездных войн».

Хотя, как я уже упоминал, Ирландия представляет собой один большой национальный парк, однако кольцо Керри выделяется даже на этом фоне. Потому неслучайно, что в этих краях регулярно селятся самые известные люди планеты. В частности, в приморском городке Уотервилль, следующей точке нашего маршрута, на протяжении многих лет проводил свой отдых Чарли Чаплин. Парусный спорт, шикарные поля для гольфа, верховая езда… Богачи тут явно чувствуют себя в своей тарелке. Но, повторюсь, нигде вы не увидите никакой сегрегации – все эти красоты практически никак не огорожены, и насладиться ими можно и в относительно бюджетном формате: большинство туристов здесь путешествуют на велосипедах, останавливаясь на ночь в многочисленных мотелях.

Read more... )

Обратим внимание на выпуклость ландшафта в долине: когда на неё смотришь сверху,  зрелище безумно завораживает.

Это сложно передать словами и двухмерной фотографией, но просто поверьте: в условиях, когда океан, небо и туман сливаются в единую подвижную субстанцию, ты ощущаешь себя словно внутри сферы, не понимая, где тут верх, где низ, а кривизна пространства лишает всякой способности судить о масштабах и расстояниях. На ум тут же приходит Толкиен и прочее фэнтези; никогда прежде мне не доводилось видеть, чтобы граница между реальным и воображаемым была такой зыбкой. Воистину кольцо Керри – край неиссякаемых чудес.
kapetan_zorbas: (Default)
(эта серия путевых заметок не имеет никакого отношения ни к Казандзакису, ни к эллинистике в целом; автор здесь признаётся в любви к тому месту, которое мечтал посетить практически всю свою жизнь и потому не удержался от пространных зарисовок своей осуществившейся мечты)

В городе Корк исключительно выгодно брать однодневные туры по местным достопримечательностям, поскольку поток туристов здесь не так высок, как в Дублине или Голуэйе, и формат тура подразумевает разъезды не на здоровенном автобусе, а в минивэне человек на шесть. Особенностями любого тура в стране является чрезвычайно строгий хронометраж: раннее начало и окончание обязательно не позднее 18:00, т.е. если народ в каком-то месте чуток задержался, то на следующий объект времени будет меньше, поскольку после шести вечера тут никто работать не станет – я так и не понял почему: то ли из-за нежелания пропустить начало очередной попойки в пабе, то ли из-за какой-то статьи в местном трудовом кодексе, то ли из-за всего этого вместе взятого. В частности, по завершении насыщенной экскурсии – естественно, в районе 17:58 – наш гид на прощание, дабы помочь нам получше усвоить полученную за день обильную информацию, дал еще один ценный совет:
- …а вам сейчас прямо. В смысле, прямо в паб.
Read more... )
Мегалиты Дромбег
Способность Ирландии удивлять свои видами поистине неисчерпаема. Казалось бы, после почти медитативного погружения в атмосферу средневекового аббатства у тебя больше не остаётся сил чему-то так же сильно поражаться. Но тут тебя привозят к мегалитам Дромбег, и ты снова не находишь слов выразить свой восторг.
Дорога к этому популярнейшему национальному памятнику ведёт через рощу чрезвычайно распространённого в Ирландии кустарника – красной фуксии. Густой туман, обусловленный  близостью океана – вернее, даже не туман, стоящая в воздухе водная взвесь – создаёт атмосферу нереальности, какого-то сна, поскольку очертания предметов полностью размыты. Ощущения сказочности добавляют такие вот идиллические пастбища. 

Мегалиты Дромбег (также известные как «Алтарь друидов») были раскопаны в 1958-м году. Они представляют собой каменный круг диаметром чуть более 9 метров из сохранившихся 13-ти (первоначально – 17-ти) камней высотой под два метра, выравненных в направлении заходящего солнца во время зимнего солнцестояния – священного для доисторического народа момента, что наглядно демонстрирует и Ньюгрейндж. Возраст этих двух доисторических памятников, кстати, практически одинаковый – свыше 5 тысяч лет.

В ходе раскопок здесь были обнаружены древние захоронения, остатки посуды и руины двух округлых каменных хижин.

Первоначально назначение этих руин объяснялось, естественно, культовыми целями – как это всегда бывает при недостатке информации. Со временем, правда, были предложены более достоверные гипотезы: в частности, эта выемка оказалась необходимым в хозяйстве резервуаром, в котором то ли кипятилась вода для приготовления пищи, то ли бродили алкогольные напитки.  

С доисторического холма открывается прекрасный вид – в духе полотен Ван Гога, только менее яркий и солнечный, но более спокойный и насыщенный зелёным. 

Меня удивляет, что крупные художники никогда не брались за зарисовки  ирландских видов. Их атмосферу не способна передать ни одна фотография, поскольку плотная, но при этом подвижная водно-туманная пелена придаёт этим пейзажам постоянную динамику, не передаваемую статикой фотографии. Возможно именно это и имел в виду Ван Гог, когда в отчаянии восклицал, что он хоть и упорно пытается воспроизвести какой-то природный цвет, полностью передать его невозможно, поскольку Природа – самый лучший художник. В Ирландии это понимаешь в полной мере.     
kapetan_zorbas: (Default)
(эта серия путевых заметок не имеет никакого отношения ни к Казандзакису, ни к эллинистике в целом; автор здесь признаётся в любви к тому месту, которое мечтал посетить практически всю свою жизнь и потому не удержался от пространных зарисовок своей осуществившейся мечты)

Путешествуя из Дублина (с востока страны) во второй по величине город Ирландии Корк (на юге) и проезжая графство Типперэри, любой турист просто обязан сделать остановку в городке под названием Кашел, ещё одном культовом для ирландцев месте.

Сам городок весьма скромен: на фото выше можно увидеть его главную площадь, а ниже – главную же улицу.

Тем не менее, место это своей историей уходит в глубину веков. Главная и единственная его достопримечательность – скала Кашел, ещё одна резиденция древних королей Ирландии, ставшая со временем одним из национальных религиозных центров. Вот так вот поистине убийственно выглядит замок, венчающий эту скалу.

Первое укрепление на этой возвышенности появилось в IV в. н. э., а в 450 году н. э. сюда прибыл святой  Патрик, крестивший местного короля. По легенде во время церемонии из рук святого Патрика выпал тяжёлый и заострённый в основании крест, который пронзил королю ногу, но последний сдержался и не издал ни звука, посчитав это необходимой частью церемонии.

Сохранившиеся по сей день и образующие вроде бы единый ансамбль постройки на скале Кашел на деле принадлежат к разным историческим периодам. Большинство сохранившихся зданий этого комплекса относятся к XII-XIII векам. Наиболее древнее сооружение это т.н. Круглая башня, высота: 28 метров, год постройки: приблизительно 1100 г.  

Немного позднее скала с тогдашним королевским замком была передана в собственность церкви, которая начала строительство кафедрального собора, завершившееся к 1234 году. С этого момента структура собора-замка остаётся неизменной.

Масштаб сооружения просто поражает. Поражает, но опять-таки не давит – практически все постройки в Ирландии, кажется, и не преследуют этой цели. Прогулка под этими сводами рождает ощущение некоего уюта, отсюда совершенно не хочется уходить, особенно когда замираешь перед древними артефактами - в благоговении перед упорством и чувством вкуса строителей тысячелетней давности.
Read more... )



Дорога из Кашела в Корк ведёт мимо ещё одного очаровательного местечка под названием Кэр (в русскоязычных источниках он иногда фигурирует как Кахир). Городок этот славен своим превосходно сохранившимся замком, датируемым 1142-м годом и ныне, как и Кашел, переданным в собственность государства и открытым для посещений туристами.

Атмосфера тут самая идиллическая: минимум автомобильного движения, одна-две улочки с двух-трёхэтажной старой застройкой, замок стоит на речушке, потому тут постоянно слышится журчание воды и клёкот водоплавающих птиц.
В ожидании автобуса до Корка мы зашли в местный паб, запомнившийся нам следующим диалогом:
- Здравствуйте. Мы бы хотели по бокалу вина. Какое у вас есть?
- Э... гм… У нас есть красное… И... белое.
Точь-в-точь как в известной английской эксцентрической комедии «Типа крутые легавые». Уже очень скоро мы поняли, что первая половина этого фильма – до начала детективной истории – на деле вовсе никакая не комедия, а самая настоящая документалка.
***

Шоссе М8, ведущее из Дублина в Корк, вообще проходит по чрезвычайно живописным местам. Сделать остановку тут хочется далеко не только в Кашеле и Кэре, но практически в каждом попадающимся на пути городке, поскольку понимаешь, что где бы ты ни остановился, тебя ждёт знакомство с чем-то невероятно древним. Вот, например, еще один городок на этом шоссе – Фермой, редко упоминаемый в стандартных путеводителях, но славный останками древнего аббатства, живописной рекой Блэкуотер, по которой тут устраиваются гребные регаты, и поэтическим фестивалем. Кроме того, тут проживает легендарная для Ирландии личность: Майкл Флэтли. О его рекордных достижениях в области ирландских танцев немало написано даже в русскоязычной Википедии, но, как говорится, лучше один раз увидеть…

Практически все танцы Ирландии лишены проявления какой-либо сексуальности, ведь их истоки – это боевые пляски воинов с целью напугать противника, что прекрасно и иллюстрирует вышеприведённый ролик.
***
 
После красот ирландской глубинки местные крупные портовые города и центры промышленности каких-то сильных эмоций не вызывают. Конечно, они прекрасно приспособлены для комфортной и приятной жизни, но от их вида дух не захватывает. Планируя поездку по Ирландии, следует держать в уме, что главные красоты страны расположены за городской чертой. После посещения Ньюгрейнджа, Кашела или Кэра промышленный Корк производит впечатление обычного уездного города N, хотя и в нем есть на что полюбоваться, ибо первые упоминания о нём относятся аж к VI веку.
(Корк, мост святого Патрика через северный рукав реки Ли)

Центр Корка выгляди весьма недурно, временами, благодаря двум каналам и куче мостов, напоминая голландские городки.
Некоторые кварталы построены прямо на воде, что придаёт им вид очередной Северной Венеции. Застройка, правда, типовая, без всякого «огонька».
Более всего запоминается главная улица города, также носящая имя святого Патрика, - в первую очередь, благодаря интересным фонарям, напоминающим то ли мачты, то ли носы кораблей.
Но подобных улиц в Корке совсем немного – город, преимущественно, индустриальный, отдельно известный своим очень крупным грузовым портом.

Несмотря на древнейшую историю Корка, основные культовые сооружения города – церковь святой Анны, собор святого Финбарра (на фото выше) и церковь Святой Троицы (на фото ниже) - построены относительно недавно, в XIX веке, но все - в неоготическом стиле, другого стиля в Ирландии, кажется, не приемлют. Внутренний интерьер каждой из них поражает своей лаконичностью и в то же время элегантностью.
Хотя Корк и известен различными мероприятиями мирового уровня – от международного джазового до кино-фестиваля – вечерний досуг местных, как и везде по стране, сводится к пабам. Поскольку Корк не является местом слишком уж активного притяжения туристов, то и упора на ирландский фолк и танцы тут по-минимуму – люди здесь предпочитают потягивать пивко под классику рока и блюза. В каждом питейном заведении играют весьма достойные кавер-бенды. На лучшем, на мой взгляд, пабе города под названием Gallaghers даже установлена вот такая табличка, свидетельствующая о том, что по стандартам самого Джеймса Джойса этот паб может считаться абсолютно аутентичным. 
Как я уже говорил, в последнее время в Ирландии отмечается возрождение локальных пивоварен, долгое время задавленных империей «Гиннесс». В частности, на рынке Корка и его окрестностей сегодня выделяется местная пивоварня Franciscan Well, при которой располагается очень большой beer garden и, по аналогии с «Гиннессом», музей. Пивоварня предлагает широкую линейку лагеров, элей и стаутов – все очень достойного качества.
В мае 2008-го года эта пивоварня была отмечена наградой журнала Food and Wine Magazine в категории «Лучшая ирландская мини-пивоварня». Так что если вдруг увидите где продукцию с этикеткой Franciscan Well, берите не раздумывая.

А вот путешественнику-гурману, да ещё и равнодушному к пиву, в Ирландии, пожалуй, делать нечего. Меню практически каждого кафе-ресторана (правда, рестораны высокой кухни я в расчёт не беру, но за исключением Дублина в Ирландии их и нет) весьма скудно, обычно не более десяти позиций: традиционное Irish stew (т.е. рагу из баранины или говядины), fish-n-chips (треска в панировке с картошкой-фри), стейки, ребра, куриное филе или крылышки, сэндвичи, пицца и всеми тут любимые бургеры. И два вида супов: chowder (густая похлёбка из рыбы или моллюсков) и овощной суп-пюре – последний во всех ресторанах почему-то именуется «суп дня», но ни разу за две с половиной недели в Ирландии другого «супа дня» нам отведать не довелось. Картошка-рыба-мясо – вот и весь традиционный рацион этих совершенно простых людей, помнящих о страшном Великом голоде. В этом плане крупные российские города, где в любой даже номинальной кофейне меню куда более разнообразно, выглядят предпочтительнее. Чем не повод для гордости? 
Рок-концерты проходят вот в таких вот уютных помещениях, часто создавая атмосферу некоего квартирника. Причём, что любопытно, дряхлые старцы сидят тут наравне с молодежью и не убегают в ужасе при звуках «Стоунз» или «Криденс». Правда, при случае не упускают возможность поделиться ценным жизненным опытом. Когда я протиснулся к барной стойке, чтобы заказать себе пинту лагера, один из таких дедов немедленно порекомендовал мне взять именно то, что он сейчас пил – густой стаут Murphy’s (тоже местный напиток, который в графстве Корк варят с 1856-го года). Я объяснил ему, что лагер мне более по душе, поскольку «Мёрфис» нахожу горьковатым.
- Ну, так то для настоящих мужчин, - хмыкнул дедуля, явно гордый своим алко-превосходством.
 
 
kapetan_zorbas: (Default)
(эта серия путевых заметок не имеет никакого отношения ни к Казандзакису, ни к эллинистике в целом; автор здесь признаётся в любви к тому месту, которое мечтал посетить практически всю свою жизнь и потому не удержался от пространных зарисовок своей осуществившейся мечты)

Мегалиты Ньюгрейндж являются одной из главных достопримечательностей Ирландии, своей историей уходя в немыслимую старину – возраст этого докельтского сооружения составляет не менее 5 тысяч лет, что делает его одной из древнейших сохранившихся построек в истории человечества, старше Стоунхенджа и египетских пирамид. Этот уголок Ирландии, расположенный километрах в сорока на северо-запад от Дублина, вообще наиболее чтим местными жителями, поскольку в 1690-м году в долине местной реки Бойн решалась судьба ирландской независимости, с неутешительным для ирландцев результатом. 

Обо всём этом и многом другом мы узнали от нашего экскурсовода, по совместительству преподавателя и ученика профессора О’Келли, главного специалиста по этому комплексу, осуществившего те исследования, что и дали известную нам ныне информацию по Ньюгрейнджу. Лекция была обширной, охватывая период от ирландского неолита до поражения Якова II в ходе битвы на реке Бойн. Но меня в тот момент, если честно, больше занимал вопрос невероятной информационной плотности этой лекции. С этой проблемой сталкивается любой устный переводчик и переводчик англоязычных фильмов-телепрограмм: как при дубляже ухитриться сжать исходную фразу раза так в два, не потеряв при этом, естественно, не только смысловой стержень, но и многочисленные нюансы? Те споры, что регулярно бурлят в Рунете касательно якобы «неправильных» переводов фильмов, что крутят в кинотеатрах (напомню, что все переводчики в этой сфере работают с монтажными листами, а вовсе не «снимают» речь на слух), часто обусловлены именно этим обстоятельством так называемой «укладки». Когда же речь заходит о научных лекциях, то внутренний переводчик во мне приходит в натуральное отчаяние, поскольку такие тексты и сами чрезвычайно плотны, так ещё и наговариваются носителями языка с такой быстротой, с которой у нас справляются, пожалуй, только мастера разговорного жанра. Будь я сейчас снова пятикурсником, моя дипломная работа была бы посвящена именно этому вопросу: ведущая роль англоговорящих стран в информационную эпоху, обусловленная возможностями английского языка в части уплотнения информационного потока, когда за единицу времени носителю этого языка удаётся передать и обработать несравненно большее количество информационных единиц. Безусловно, многие языки обладают таким резервом. Мне в своё время попалась на глаза статья, где автор-эллинист вполне убедительно показывал, что как древне-, так и новогреческий язык благодаря своей системе словообразования вполне мог бы стать международным, поскольку по структуре своей прекрасно приспособлен для довольно-таки лаконичного формирования неологизмов. Как, впрочем, и русский язык, доказавший это в 20-е годы прошлого века. Однако падежная система, спряжение глаголов и другие громоздкости (по сравнению с английским), несомненно делающие язык стилистически да и просто аудиально богаче, для скорости передачи информации оказываются весьма существенным барьером. Кроме того, что в той же Греции, что в России в языковой сфере очень сильны консервативные настроения, когда вопрос сохранения языковых норм является чуть ли не вопросом спасения национальной идентичности; в англоязычных странах такого рода тенденции выражены не столь сильно. Можно долго и бессмысленно спорить о том, стоит ли держаться за эту лингвистическую идентичность и так называемую красоту языка (абсолютно субъективную категорию), но то, что гибкость английского и его большая свобода от условностей позволяют быстрее и проще адаптироваться к постоянно меняющейся информационной среде, - несомненный факт. 

И ещё один момент: нигде прежде я не встречал такого количества лингвистических шуток. Порой складывалось впечатление, что главная юмористическая тема у местных это подтрунивание над произношением… нет, не иностранцев и даже не носителей языка из других стран, а жителей соседних графств! Что заставило меня задуматься о том, сколько нервов тратят мои соотечественники на абсолютно надуманную в информационную эпоху проблему произношения. Всем, например, памятна история с министром спорта В.Мутко и его спичем «от чистого сердца», ставшего интернет-мемом. Из всего моего продвинутого в плане английского языка окружения я был, пожалуй, единственным, кто над этим не глумился, хотя по роду занятий мне вроде бы положено. Меня же скорее раздражала надменность критикующих – как раз из-за такого характерного для России снобизма, укоренившегося, скорее всего, благодаря некогда привилегированному статусу тех, кто мог стажироваться за рубежом и общаться с носителями, многие студенты до сих пор страдают от языкового барьера. Над Мутко весело смеялся и один из моих учеников, который – вволю отсмеявшись – потом сам же боялся открыть рот, чтобы не совершить какую-нибудь ошибку. Но если вы не лингвист и не переводчик, то ваша задача при общении на иностранном языке – это всего лишь адекватная передача информации, и Мутко, хоть и коряво, но донес её – причем донес до аудитории, в составе которой имелись и арабы с индийцами, от произношения которых и мне временами становится не по себе. Поясню свежим примером: вот послематчевое интервью Жозе Моуринью, нового главного тренера «Манчестер Юнайтед». Эту иллюстрацию я выбрал не потому, что являюсь горячим поклонником «красных дьяволов», но потому что Жозе прежде, чем стать успешнейшим тренером, работал в Португалии устным переводчиком (!) при английском тренере. 
К Ньюгрейнджу мы подъехали ранним утром. Стояла необычайная тишина: в округе совсем мало дорог, которые вдобавок не слишком широки; до самого горизонта бесконечные поля, занятые бесконечными же овцами и коровами, коих в этой стране точно больше чем людей. По свежепостриженной траве с вкраплением кольца древних мегалитов гулял лёгкий ветерок, традиционно неся с собой водную взвесь.  
Умиротворение в сочетании с трепетом перед встречей с немыслимой древностью.
Низкий вход в могильник. Что означают выдолбленные на этих камнях орнаменты, не знает никто. Предположительно символизируют цикл жизни. Данное предположение связано с тем, что в период зимнего солнцестояния солнечный луч, проникая сквозь этот узкий проход, прямой стрелой пробивается к самому сердцу комплекса, что с помощью электричества демонстрируется потрясённым туристам в остальные дни. Т.е. замысел постройки еще и астрономический.   
И рядом же бесконечные пастбища. 
Ирландия издавна славится своим экологически чистым сельским хозяйством, потому неудивительно, что в промежутке между посещением двух памятников своей славной истории местные предлагают туристам отобедать на самой обыкновенной ферме. 
Животные - что на фермах, что на окрестных пастбищах - выглядят весьма упитанно. 
Вообще, климат здесь хоть и не способствует пляжному туризму, но зато невероятно благодатен для растительности и, соответственно, животноводства. Никаких экстремальных колебаний температуры: летом она редко поднимается выше +20, а зимой редко же опускается ниже +5. Т.е. в стране круглый год температура стоит в относительно узком и тёплом диапазоне с обилием осадков. Неудивительно, что неофициальное название Ирландии – Изумрудный остров.
***
От Ньюгрейнджа рукой подать до холма Тара, в древности столицы Ирландии и места коронации Верховных королей. Сегодня же от всего этого осталось лишь несколько окружённых земляными валами площадок.
С холма Тара открывается прекрасный обзор на долину реки Бойн, где тут и там можно разглядеть старинные замки и особняки.
Один из них – Слейн-касл, отдельно знаменитый концертами, регулярно проводимыми на его территории. В разные годы тут кто только не выступал: от «Роллинг Стоунз» до Мадонны. Площадка для выступлений и в самом деле замечательная: масса пространства и потрясающие виды. Самым удачным же, на мой взгляд, концертом здесь является выступление U2 1-го сентября 2001-го года.

О группе U2 разговор особый. С одной стороны, на их концерты в Ирландии невозможно попасть, билеты на них разлетаются за считанные часы, а народ съезжается со всего света – как же, посмотреть на любимую группу в месте её зарождения (в замке Слейн был также записан очень важный для мирового становления группы альбом 1984-го года Unforgettable Fire). С другой, поразительно, как сами ирландцы в массе своей равнодушны к одному из самых известных мировых явлений, когда-либо возникавших в их стране. За те несколько дней, что я провёл в Дублине, мне ни разу не попадалась на глаза футболка с принтом этой группы, ничего с такого рода атрибутикой не продавалось в крупных магазинах, ни разу не услышал я, чтобы их песни звучали в местных пабах, а одна кабацкая группа в Корке, отлично игравшая песни «Роллингов» (очень, кстати, тут любимых), на моё предложение – после того, как я разговорился с ребятами на правах старого фаната великих дедов, громко подпевавшего каждой услышанной песне – сыграть уже наконец что-нибудь из U2, удивлённо переглянулись и признались, что они не умеют играть ни одну из песен последних. Причём понятно, что дело тут было не в какой-то дикой сложности музыкального материала – песни U2 весьма просты, что признают сами их авторы – просто местным, похоже, даже в голову не приходило разучивать эти песни для своих выступлений. Удивлённый этим игнорированием, я в итоге не удержался и вывалил одному из наших гидов, молодому и вполне себе продвинутому уроженцу графства Керри, своё недоумение по этому поводу. 

- Знаешь, в чём отличие между Богом и Боно? – спросил меня он. – Как поговариваем мы, ирландцы, разница в том, что Бог не считает себя Боно. 
- То есть всё дело в личности фронтмена? Но ведь U2 – самый популярный массовый продукт, что когда-либо выходил из этих мест, за исключением разве что «Гиннесса». Если бы у нас в России была такая группа, которая 30 лет покоряла вершины хит-парадов по всему миру, а её лидер бы ручкался с президентами всех стран мира и даже с Римским Папой, то изображение этого коллектива наверняка красовалось бы на каждой второй чашке или футболке в Москве. Это были бы герои на все времена.
- Они отличные ребята, спору нет. Но почему они поют про африканских детей? Почему не про ирландских?

Вот оно! Похоже, всё дело в том, что U2, став международным феноменом и утеряв со временем свою «ирландскость» в обмен на космополитичность, перестала так уж сильно интересовать своих соотечественников, этих истовых националистов. Чем-то похоже на ситуацию с теми русскими и советскими литераторами (например, с Набоковым, Солженицыным или Бродским), что получили мировое признание заграницей, предварительно эмигрировав туда, но не ставших в итоге безоговорочными авторитетами для бывших своих соотечественников, которых иностранное признание скорее настораживает. 

Меня же лично всегда удивляла подобная национальная зашоренность. Не понимаю, как можно равнодушным взглядом смотреть (а точнее, равнодушным ухом слушать) столь удачный концерт, как уже упоминавшееся  выше выступление U2 в Слейн-касле. Учитывая, что за несколько дней до этого Боно похоронил отца, в самой атмосфере концерта чувствуется некая исповедальность, повышенная эмоциональность, особенно пронзительная при исполнении, на мой взгляд, лучшей песни из тех, что были написаны в 80-е, полной какой-то необыкновенной воздушности и полёта… как по просторам ирландской глубинки, так и по местным улицам, с названиями или безымянным.  
Холм Тары также полнится различными каменными изваяниями. Вот одно из них, так называемый «камень Фаль»:

Фаль не имеет никакого отношения к фаллосу – это слово восходит то ли к «изобилию», то ли к «знанию» на ирландском языке. Тем не менее, наш учёный гид всё равно пытался списать форму этого камня на культ плодородия, но честно говоря столь фрейдистский подход к памятникам древности лично у меня не вызывает большого доверия. В самом деле, не знай мы христианского отношения к половому вопросу (допустим, не осталось у нас никаких литературных источников), не начали бы мы строить аналогичные фаллические теории касательно рвущихся в небо шпилей соборов или их полукруглых куполов? 

Местная и типичная для Ирландии церквушка: открытый погост, аскетичное оформление интерьеров, балочный потолок и красочные витражи, расписанные только с внутренней стороны. 
По легенде здесь в 432 году проповедовал святой Патрик. А эта статуя вроде как стоит на месте камня, на котором происходила коронация Верховных королей.

В целом же, Тара, будучи священным для каждого ирландца местом, на иностранца глубокого впечатления не производит.
***
Вернувшись вечером в Дублин, мы решили разведать новый район, примыкающий к Большому каналу. Некогда это была сугубо индустриально-портовая зона, нынче же в связи тем, что крупнейшие мировые IT-корпорации разместили в Дублине свои штаб-квартиры, эта часть города отличается застройкой в стиле хайтек. Я не большой любитель зданий из стекла и бетона, но уж если они неизбежны, то пускай хоть воплощают в себе те моменты, которые не под силу камню. Ниже одно из моих любимых такого рода зданий - дублинский конференц-центр, напоминающий наклонённую бочку. 

 
 

kapetan_zorbas: (Default)
(эта серия путевых заметок не имеет никакого отношения ни к Казандзакису, ни к эллинистике в целом; автор здесь признаётся в любви к тому месту, которое мечтал посетить практически всю свою жизнь и потому не удержался от пространных зарисовок своей осуществившейся мечты)

Первое, на что обращаешь внимание в Дублине, это необыкновенный, чрезвычайно своеобразный воздух. Всегда в своих путешествиях я именно так начинал знакомство с новым городом – глубоким вдохом сразу по выходу из аэропорта. Далеко не все города обладают для меня такой «меткой»: горячий, полный аромата раскалённых древесных смол и хвои и так любимой в Греции приправы орегано, воздух Афин сразу настраивает на соответствующие впечатления, вытаскивая из глубин памяти сопутствующие образы. Полон обещаний воздух на взлетно-посадочной полосе Зальцбурга, неся альпийскую свежесть с близлежащих гор. Первый глоток сурового холодного воздуха Стокгольма рассказал мне поболее многих путеводителей, тогда как абсолютно стерильный, безвкусный воздух Мюнхена в определенном смысле помешал отыскать очарование и характерный стержень этого города. Дублин же врезался в память сразу: чистейший благодаря буйству растительности и очень влажный воздух, часто превращающийся в пелену из мельчайших брызг… И непрестанно гудящий клёкотом чаек. Удивительно, но такого птичьего буйства я прежде не встречал ни в одном приморском городе – чаек в Дублине, кажется, не меньше, чем людей, и живут они в здесь отнюдь не на птичьих правах: непринуждённо расхаживают по тротуарам, моментально присаживаются на освободившиеся столики летних кафе, им уступают дорогу водители и пешеходы, а по ночам от их бесед бывает сложновато заснуть.

Дублин моментально располагает к себе, он подобен старому знакомому – ты вроде бы в городе впервые, но абсолютно не чувствуешь здесь себя чужаком, ведь характерная георгианская архитектура и огороженные металлическими оградами цоколи так хорошо знакомы по тысячам английских фильмов. Все эти укоренившиеся поп-образы и клише, как то ирландский фолк, изображение клевера и арфы, «Джеймсон» и «Гиннесс», Джеймс Джойс, Сэмуэль Беккетт, лавиной обрушиваются на тебя с самого первого дня. Мост имени Беккетта – такой же авангардный, как и творчество этого Нобелевского лауреата –  встречает путешественника на въезде в город из аэропорта.

Ну и знаменитый шпиль, памятник свету. На первый взгляд он кажется инородным телом на главной улице Дублина, О‘Коннелл-стрит, но уже через несколько дней к нему не просто привыкаешь, а даже проникаешься некоей симпатией – такое же впечатление произвёл на меня считающийся уродливым центр Помпиду в Париже, абсолютно вроде бы не вписывающийся в османовскую застройку французской столицы, но уже очень скоро, пресытившись несколько однообразным великолепием этой застройки, начинаешь ценить это странное инородное тело, как бы разбавляющее собой классическое единообразие и посему позволяющее лучше оценить отдельные элементы, которые в противном случае просто наслаивались бы один на другой.

Грозное серое небо и постоянные осадки (за первый день пребывания я 8 раз угодил под дождь, довольно скоро бросив подобные подсчёты, бессмысленные в этой стране) вовсе не вгоняют в меланхолию, поскольку город в связи со своей преимущественно малоэтажной застройкой нисколько не давит и не производит впечатление муравейника, а атмосфера в Дублине весьма располагает к весёлому времяпрепровождению, ибо город очень музыкален: на каждом углу в центре сидит какой-нибудь гитарист, достойно играющий прекрасные блюзы, из многочисленных туристических центров гремит фолк, а из каждого паба - рок-н-ролл. Правда веселье это длится строго по расписанию: после 24:00 в будний день усталому путешественнику, только что прибывшему в город, практически негде нормально поесть и совершенно немыслимо что-либо выпить, поскольку алкоголь тут наливают только в пабах, а после полуночи практически все они работают только на выход, потому, к моему невероятному удивлению, знакомство с местным пивом пришлось отложить до следующего дня.   

Несмотря на то, что история Дублина насчитывает более тысячи лет, ныне это, в первую очередь, город Джеймса Джойса. Разумеется, местные жители слишком горды, чтобы считать, что с точки зрения мировой культуры самое главное событие жизни их города случилось относительно недавно, да и то – благодаря писателю-эмигранту. К слову, Джойс, гордившийся тем, что если вдруг Дублин исчезнет с лица земли, то полностью восстановить город можно будет по «Улиссу», писал те главы своего знаменитого романа, что посвящены именно городским зарисовкам, сугубо по картам и собственной памяти – из Триеста и Парижа. Схожая участь постигла и ученика Джойса, ходившего некоторое время в помощниках великого ирландца, - Сэмюэля Беккета, так же большую часть жизни прожившего заграницей, и вдобавок написавшего свои самые знаменитые работы на чужом для себя языке. Тем не менее, в честь обоих классиков в Дублине нынче названы мосты через прославленную Джойсом Лиффи… Очень скромную речушку, надо сказать. Так вот, о Джойсе, кроме одноимённого моста, по городу масса напоминаний: практически весь маршрут Леопольда Блума отмечен на зданиях Дублина соответствующими мемориальными досками, ну и очень удачный памятник писателю в начале Тэлбот-стрит, на пересечении с местной Тверской, то бишь О’Коннелл-стрит. Удачный в том, что прекрасно передаёт суть писателя и его кредо: отчасти позёр, истинный горожанин и в чём-то, как сказали бы ныне, хипстер как бы снисходительно, но при этом очень естественно взирает на вдохновившие его улочки.

Read more... )
 

Profile

kapetan_zorbas: (Default)
kapetan_zorbas

June 2017

M T W T F S S
   1234
567891011
12131415161718
192021222324 25
2627282930  

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 22nd, 2017 06:51
Powered by Dreamwidth Studios