Feb. 4th, 2017

kapetan_zorbas: (Default)
Некогда этот журнал начался с перевода интервью Мартина Скорсезе касательно его экранизации романа Казандзакиса «Последнее Искушение». И потому сейчас мне не кажется слишком уж большим отступлением от центральной темы моего журнала рассмотреть последнюю работу великого режиссёра, художественный фильм «Молчание», поставленный по роману классика японской литературы Сюсаку Эндо и вышедший в российский прокат неделю назад.

Большинство режиссеров обычно придерживаются некоей магистральной линии, на которой в своё время добились успеха, но это не про Скорсезе. Признанный мастер остросюжетного гангстерского фильма, Мартин Скорсезе регулярно заходил и заходит на территории, совершенно, вроде бы, не пересекающиеся с принесшим ему славу жанром: фильмы-концерты, байопики, документалки о блюзе или об истории американского кинематографа – всего и не перечислишь. Чрезвычайно разносторонняя личность и… чрезвычайно озабоченный религиозными вопросами человек, воспитанный в католической среде, сумевший сохранить интерес к книгам, прочитанным им в 60-е – 70-е («Последнее Искушение» и «Молчание»), несмотря на богемное голливудское окружение и бурную личную жизнь. И вот, на восьмом десятке лет Скорсезе – пожалуй, последний из великих ныне живущих американских режиссеров, не уронивших профессиональную планку – сразу вслед за прикольно-раздолбайским и, на первый взгляд, безудержно аморальным «Волком с Уолл-стрит» экранизирует роман, посвящённый строго религиозной проблематике. А 30 лет назад, незадолго до ставших уже классикой гангстерского жанра «Славных парней», он экранизирует «Последнее Искушение». Словом, я не мог не сходить в кинотеатр на свежую работу мастера, и если и вышел отчасти разочарованным, то самую малость, ибо в итоге пищу для размышлений «Молчание» оставляет не меньше, чем экранизация «Последнего Искушения».

«Молчание» экранизировано Скорсезе с необычайным пиететом к автору: потенциальный зритель, если ему по каким-то причинам лениво идти в кинотеатр, может просто на те же три часа засесть дома с книжкой и (к сожалению) не много потеряет – экранизация получилась фактически буквальной, эдакой видео-книгой, и это, пожалуй, главное разочарование от фильма – сам Скорсезе тут не ощущается. Не очень креативный подход, учитывая, что те экранизации произведений мировой литературы, которые получили статус шедевров, всегда несут что-то своё, какое-то небольшое, но переосмысление первоисточника, потому шансы «Молчания» стать киноклассикой невелики.

Тем не менее, фильм смотрится; в первую очередь, благодаря прекрасной операторской работе. Итак, сюжет. Середина XVII века, орден иезуитов обеспокоен слухами, что приносят из далёкой Японии голландские (т.е. недружественной нации) купцы: якобы знаменитый миссионер падре Феррейра отрёкся там от Христа и зажил жизнью буддийского монаха. Двое учеников Феррейры, падре Родригес и падре Гаррпе, не могут в это поверить и вызываются ехать на его поиски в Японию, где некогда равнодушно-благосклонное отношение к христианству сменилось жестокими гонениями. С помощью подозрительного проводника-японца им удаётся проникнуть во враждебную страну и даже установить контакт с многочисленными христианскими общинами. Но очень скоро они попадают в руки властей (не без участия проводника-Иуды), падре Гаррпе погибает, пытаясь спасти свою паству, а падре Родригес, совершенно недвусмысленно повторяя путь Христа (предан проводником, въезжает на осле в город под насмешки обывателей, допрос у местного прокуратора), не в силах понять молчание Бога, никак не откликающегося на неисчислимые муки новообращённых. Ему устраивают очную ставку с бывшим учителем, падре Феррейрой, - тот и в самом деле отрёкся и теперь убеждает своего ученика сделать то же самое, дабы не навлекать репрессии на местных жителей, которые всё равно и христианство понимают весьма специфически, да и для самой Японии это учение вроде как чуждое и просто ненужное. Родригес в итоге соглашается с этими доводами, публично отрекается от Христа и остаток жизни, как и Феррейра, проводит на положении военнопленного. Ему выделили дом и даже жену и привлекают к работе в тех случаях, когда нужно выяснить, не пытается ли кто из иностранцев ввезти в Японию религиозную атрибутику – тут опыт бывшего иезуита бесценен. В общем, полный крах.

Безусловно, Сюсаку Эндо не из пальца высосал сюжет, и что-то подобное в истории его страны вполне могло произойти. Тем не менее, концовка фильма (и книги), полностью отменяющая весь предыдущий пафос, выглядит странной и не слишком логичной. Почему Феррейра и вслед за ним Родригес так быстро сломались? Действительно ли «Япония - трясина, в ней не могут укорениться саженцы христианства»? Да, в книге/фильме ответов на эти вопросы вроде бы в избытке, но они не слишком убедительны. Лично меня на выходе из кинотеатра не покидало чувство какой-то фальши – нет-нет, не в связи с оскорблёнными религиозными чувствами… Ну, как если бы падре Родригес вдруг достал автомат и покрошил своих дознавателей. Анахронизм. Не будучи японистом, рискну высказать мнение, которое попробую обосновать ниже:

«Молчание» – это взгляд на средневековую Японию, да и вообще на мир той эпохи, глазами человека, мыслящего этическими категориями второй половины ХХ века. Без каких-либо попыток сделать поправку на дух времени.
Read more... )

Пожалуй, наиболее удачной находкой в книге является образ моря, мрачной враждебной стихии, буквально пожирающей несчастных.

Иногда стоны смолкали. У Мокити уже не было сил петь, как вчера. Но спустя некоторое время ветер снова доносил его голос до берега, и всякий раз, когда слух улавливал его стон, напоминавший мычанье, крестьяне плакали, содрогаясь всем телом. В полдень снова наступило время прилива, одна за другой набегали мрачные, темные волны, постепенно поглощая столбы. Иногда валы, окаймленные белыми гребнями пены, перекатывались поверх столбов и разбивались о берег. Над водой пролетела птица и скрылась в морской дали. На этом все было кончено.

То была мученическая кончина. Но какая! Долгое время я совсем иначе рисовал себе мученичество. В Житиях святых рассказывалось о кончине славной, прекрасной - как в минуту, когда душа мученика взмывала к небу, трубили ангелы и небеса озарялись неземным сиянием. Но кончина японцев, которую я описал Вам, вовсе не была прекрасной - они умерли мучительной, жалкой смертью. А дождь все льет и льет, и море, сгубившее их, по-прежнему упорно и зловеще молчит...

Мрачно молчит море, молчит книга-фильм (Скорсезе в своей экранизации отказался от использования музыки – видимо, чтобы не нарушать молчания)… молчит и сам Бог. И тогда падре Родригес начинает терзаться сомнениями.
Read more... )
Итак, что можно сказать о главной из заявленных в «Молчании» тем, что христианство в Японии уничтожили не гонения и казни, а оно умерло, потому что просто не могло там выжить? Этот довод не выдерживает критики даже на основании текста самого «Молчания», где работа миссионеров процветает до момента репрессий. А учитывая, что сразу же после отмены запрета на христианство в 1865 г. началось его активное распространение в Японии, напрашивается самый простой вывод: в закрытых странах, где правители обладают абсолютной властью и совершенно не озабочены благосостоянием подведомственного и страшным образом задавленного люда, насилие чрезвычайно эффективно. Сюсаку Эндо, интеллектуал европейского толка, скорее всего отбросил это соображение как примитивное, ведь практически в любом произведении западной литературы, посвящённом подобным вопросам, повторяется рефрен «насилием ничего не добиться». Особняком тут стоит лишь Оруэлл, убийственно описавший эту эффективность. Большинству западных стран, начиная с эпохи Нового времени, просто повезло не иметь возможности на собственной шкуре испытать все прелести подобного способа убеждения – т.е. даже не убеждения, а массовой физической ликвидации идейных противников. Однако никакая специфика экономических или исторических условий не позволила христианству сохранить свои позиции в Египте после завоевания его арабами; традиции монархизма и того же христианства, нынче столь востребованные в России, оказались маргинальными в СССР вовсе не по причине того, что Россия была «трясиной», в которой эти идеи зачахли; по той же причине в Северной Корее «не приживается» рыночная экономика. Увы, часто достаточно всего лишь немыслимой жестокости правителей.

Profile

kapetan_zorbas: (Default)
kapetan_zorbas

August 2017

M T W T F S S
 123456
7891011 1213
14151617181920
21222324252627
282930 31   

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 02:06
Powered by Dreamwidth Studios